Есть такая профессия - родину освещать, или Признание в любви к лучшей профессии

«Мамы всякие нужны, мамы всякие важны», - декламировала я Михалкова и мечтала стать журналистом. Кажется, я хотела быть журналистом всегда. И других вариантов не было. Признаться честно, о выборе своем я не жалела никогда, как бы ни испытывала судьба.

Очень давно (а иногда кажется, что это было вчера) она, судьба, привела меня в «Донецкие новости». Газету, которая сделала меня.

«О, зафилькала в газете», - пуская колечки дыма, сиплым голосом сообщал на планерке Артем Моисеевич Байков и одобрительно смеялся. От этого вырастали крылья…

Как много воды утекло с тех пор. Как много написано, прожито, пережито. Ведь каждый материал в газете — это не просто строчки, написанные на бумаге. Это чья-то жизнь, какое-то важное мероприятие. Это Событие. И ты делаешь его достоянием всего мира. Сейчас очень много говорят о журналистах. Эта профессия стала эдаким жупелом, синонимом продажности, заангажированности, цинизма.

«Журналюги», - сквозь зубы цедят чиновники, правоохранители, врачи. И во время разговора настороженно косятся и предупреждают: «Только не для прессы. А то вы пропишете…». Как же хотелось тогда все изменить! Чтобы не думали, что все в этом мире продается и покупается…

Но время все расставляет на свои места. И цена на слово тоже есть. Уважение и признание всегда приходят долго. А признание всего общества - тем более.

Отделять зерна от плевел, дутую сенсацию от насущной проблемы, разбираться в хитросплетениях чиновничьих отписок и находить выход из тупика - это и есть победа.

Маленькая победа над беспределом. И пусть кто-то в погонах в истерике топает ногами и грозится «затоптать», «засудить» и «поставить на место» этих «вшивых журналистишек», дело-то сдвигается. Есть результат. Тех нескольких строчек в газете…

И когда политиканы начинают старую волынку о цензуре, я вспоминаю 2004-й и 2005-й. Я вспоминаю прослушки и проверки, обыски и непрозрачные намеки. И чиновников, поджавших хвосты.

Время все расставляет на свои места. Тогда наш розничный тираж вырос в два раза. Мы сначала не поняли, а потом пазл сложился - нужно быть созвучным обществу.

Вот и вся цензура.

Цензура должна быть в голове. У каждого, кто пришел заниматься журналистикой. И она не в страхе навлечь на себя гнев власть имущих. Истинная журналистика по сути всегда оппозиционна. Потому как вскрывает язвы и пороки. Нужно совесть свою цензурой внутренней мерить. Не навредить. Вот оно, главное мерило для того, кто взял в руки диктофон или камеру.

Вот поэтому для меня свобода слова, смелость и порядочность не есть тождественные понятия. Потому как в нашем обществе свободу слова часто заменяют вседозволенностью. А то легко можно прикрыться свободой слова, горлопаня из Всемирной сети, прикрывшись безвестным ником. Журналисты бывают такими же разными, как и врачи, учителя и милиционеры. Упыри и уроды были, есть и будут всегда.

Но то, что делают для общества нормальные врачи, учителя, милиционеры, да и журналисты, переоценить трудно.

Не будь журналистов, смелых, принципиальных, настойчивых, мы никогда не узнали бы о десятках невинно осужденных, о сотнях обиженных властью, о подковерных договоренностях на высшем уровне. А еще - о судьбах простых людей. Которые назло и вопреки болезням, невзгодам и потерям остаются добрыми, милосердными и порядочными.

Мы работаем для вас. Мы работаем вместе с вами. Мы вместе учимся жить. По-человечески, уважая свое достоинство, ценя другого.

Этот путь очень долгий. На этом пути не так много единомышленников. Но они есть, их немало, и в этом наша сила.

Мы обещаем вам, что и впредь будем «глаголом жечь сердца людей», что и завтра, и послезавтра нашей главной ценностью останется Человек с его заботами и его проблемами. Нам-то с вами по пути.

Так что с праздником вас, наши читатели! С днем тех, кто небезразличен. С Днем журналиста!